Вверх
Вниз

Akuma Project

Объявление



Рады сообщить вам, что форум Akuma projeсt был благополучно доигран. Администрация более не поддерживает этот проект, но все прошедшие здесь эпизоды и иная информация остаются доступны для прочтения всем желающим. Благодарим за внимание!
  • Почитать всякое можно тут


  • Топы


    Рейтинг форумов Forum-top.ru

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » Akuma Project » Альтернативные события » Их стало пять


    Их стало пять

    Сообщений 1 страница 9 из 9

    1

    А может быть было изначально. Кто уже знает? У каждого своя версия.

    0

    2

    Холод... Холод... Холод...
    Он открывает глаза и смотрит на то же небо, что и секунду назад, на те же свинцовые облака, что и секунду назад, на те же бетонные новостройки, что и секунду назад. Все то же. Только ракурс другой. Но тут уж ничего не поделать. Может оно даже лучше. До смены положения он задирал голову к небу, а сейчас все же лежит. Сейчас напряжение, оказываемое на шею было не таким большим.
    Да, он так же до этого стоял, а сейчас лежал головой вниз на ступенках крыльца, ведущего к двери цокольного этажа... Но это уже детали. К тому же рефленая поверхность бетонных ступеней создавал необходимое давление в нужных местах... Дополнительная выгода! ... ... ... Да и грех жаловаться, когда ты сам виноват.

    Молодой человек в дорогом костюме, пошитому с иголочки, всего лишь хотел помочь. Он протянул несколько купюр все же не самого малого достоинства с искренним желанием сделать доброе дело. Его же  в какой-то мере "виза ви", что сейчас удобно разместился на ступеньках, хоть и не был одет как конченный бомж (легкие черные джинсы, тяжелые черные грубые ботинки, легкая красная кофта и джинсовый желет, все хоть и потрепанное, но все же целое и без дыр), явно сидел на своей картонке, держа в руках с табличку с надписью "МИРУ СКОРО ПРИДЕТ КОНЕЦ" прилично.

    Вот только ни один добропорядочный поступок не остается безнаказанным. Вместо того, что бы взять наличку и поблагодарить за доброту, "Бродяга" (за неимением более подходящего эпитета воспользуемся этим) схватил своего благодетеля за рукава и начал кричать... нет, даже орать.
    - ГОРЕТЬ СВЕТОМ! ПЕПЕЛИТЬ ДО САМОГО РАССВЕТА! -
    От такой реакции, молодой денди резко отшатнулся назад, но не настолько резко, что бы освободиться из хвата мужчины.
    - Чувак, спокойно! Я просто хотел помочь. Возьми, пойди и поешь. Горячая пища порой может отвадить самый страшный конец света.
    Далеко ни у каждого встретишь подобную выдержку и подобное желание быть цивилизованным. Это было достойно похвалы. Даже если юноша и делал это без задней мысли, он определенно заслуживал, хотя бы благодарности. Но вместо нее он получал только тот же бессмысленный крик. В итоге, молодой человек, пытаясь вырваться из хвата и желая просто выбраться из некрасивой ситуации, просто отпихнул от себя неблагодарного "оборванца" (опять же, просто за неимением другого эпитета, используем самое подходящее"... Мы знаем, что на нем нет рвани!). Как итог - молодой человек свободен, а наш "неблагодарный", уже просто ревущий свое "ПЕПЕЛИТЬ ДО САМОГО РАССВЕТА", таращась вверх, отшатнулся и покатился кубарем вниз по лестнице крыльца.
    Никто не обратил на это особенного внимания. Во всяком случае недостаточно, что бы выдать что-то большее, чем несобранный ропот. Да и какой смысл? У каждого в этом городе были свои дела. У всего этого города были свои дела, в которые растянувшаяся личность никак не вписывалась. Она не вписывалась в дела целого мира. Он вообще везде был лишним.

    - хээээээх. - долгий протяжный вздох, который прозвучал как будто во всем мире, но на самом деле исходил лишь из головы одного единственного человека. - Я бы сказал, что это начинает напрягать... Но прошло уже слишком много времени с самого первого раза , что бы возмущаться. Да и все равно не кому высылать претензию. В конечном итоге, они все все равно против меня. Ну... окей, не все, но в большей своей части.
    И сейчас, когда у нас наступило относительное затишье, наверное можно немного углубиться в описание героя нашего повествования. Достаточно молодой мужчина. Но без явных признаков возраста. Из тех людей, по лицам которых невозможно точно сказать тридцать ли им лет или же семьдесят. Вороной окрас волос. Не черный, но именно вороной; не слишком длинные, но и не короткие; аккуратно подстриженные, но выглядящие так, как будто это делали не машинкой, бритвой или ножницами, а острым лезвием; впалые синие глаза, как будто присыпанные пеплом. Эти глаза сияли холодным светом мертвой звезды, но при этом эта звезда умерла так давно, что сейчас это взрыв был уже не эхом, а затихающим призвуком. Еще одной важной чертой конечно был глубокий шрам, проходящий через глаз, расчерчивающий лицо примерно на пять сантиметров от лба до щеки.

    Сейчас эта "интересная личность" спокойно достала из кармана джинс пачку сигарет и медленно затягивалась. Мужчина, к слову, не двигался с лестницы. Он вообще не делал никаких телодвижений не относящихся к "перекуру". Он просто затягивался с закрытыми глазами. А за его закрытыми глазами... бушевали гигантские армии, каких этот мир никогда не видел, конница сносила чудовищ, которым не было конца, крылатые мечники падали вниз, вторгаясь в пучины теней, лились реки крови, и того, что заменяло ее монстрам. Сталь сливалась со слизью, кислота плавила доспехи... Но посреди всего этого стоял и тот, кто не примыкал ни к одной из сторон. На его доспехах не было ни капли крови. Его броня не отливала огнем и жаром. Холодное железо этого обмундирование, как будто понижало общую температуру всего окружающего пространства. На этом войне не было ни знамен, ни флагов, но его голову венчал шлем в который была вмонтирована корона, а на поясе висела ни то булава, ни то скипетр, в руке он держал кость странной формы, а на его лицо...

    - Здравствуй, старшенький. - теплый... нет, горячий голос прервал покой "мужчины на лестнице". Когда он открыл глаза, он увидел, что его голову обрамляют чужие волосы, прямо в его глаза смотрели чужие, пылающие, как лава, вырывающаяся из жерла вулкана, а алые как кровь губы держали сигарету в ехидной ухмылке. Эта сигарета самым кончиком соприкасалась с сигаретой "оборванца". Интересный жест, от интересного человека.
    Рыжеволосая барышня с длинными, густыми, вьющимися кудрями в длинной тяжелой юбке, в легкой куртке с хиппи мотивами и с фотоаппаратом на шее. Она привлекала все внимание окружающих одним своим видом. Но на сворачивающиеся шеи она отвечала лишь безразличием. Она смотрела только на мужчину на лестнице; смотрела с добротой, издевкой, порицанием и уважением сразу. Так смотрят только на близких с которыми провели очень долгое время вместе.
    - Ты так и будешь там лежать, или все же обнимешь сестренку после столь долгой разлуки... - на секунду в ее вопросе возникла пауза, как будто она пыталась сказать что-то важное, но не знала как... В итоге вопрос сменился.
    - Как тебя сейчас зовут? -
    - МОРТимер. Тебя?
    ВАРвара.  Здравствуй МОРТимер.-
    - Здравствуй ВАРвара... Я тоже по тебе скучал.
    И холод встретился с пламенем.

    +1

    3

    Сразу опуская преамбулу, даже после "душещипательного" приветствия, объятий не было. Не было ни возгласов, ни криков, ничего. По факту, после странного "поцелуя" сигаретами, Девушка просто дала молодому человеку немного пространства, а тот, так же просто поднялся, после чего они пошли к ближайшей кофейне. Все было настолько незамысловато, что даже странно. Особенно в свете того, что барышня все же продолжала привлекать сторонние взгляды.
    Нет, конечно, она была весьма и весьма привлекательна, но не до такой степени, что бы заставлять каждого прохожего поворачивать голову. Диссонанс между ее внешним видом и внешним видом ее "брата", то же не был настолько значительным, что бы вызывать всеобщее недоумение. Причина была явно в другом. В чем же? Хм... А да...
    - И откуда ты приехала сейчас? - МОРТимер облокотился на железную оградку, держа в одной руке одновременно и стакан с обычным черным растворимым кофе и сигаретой. У некоторых людей весьма странные привычки и способы адаптации.
    - Восточный Тимор. - барышня же наоборот источала энтузиазм, была полна духа и свежести. Рыжеволосая красавица постоянна находилась в движении, даже когда обеими руками держала свой большой стакан с каким-то кофейным коктейлем с пенкой, молоком и какой-то радужно-карамельной присыпкой. Ее приподнятое настроение буквально заряжало обстановку. Ее энтузиазм был заразителен до предела. Но все равно, внимание окружающих было приковано к этой особе не по этому. - Ты бы видел все те фотографии, которые я смогла там сделать. Обстановка была заряженной до предела. Люди, взрывы, кровь. Это было жутко и жестоко. Но в то же время... Даже не знаю, как это выразить. Вряд ли это вообще можно выразить каким-либо образом, кроме того, что делаю я. - прекрасная улыбка, смешивающаяся с жуткими словами, которые правда ни кого не вводили в ступор, даже несмотря на то, что ВАРвара кричала их во всеуслышание. Потому, что люди знали, что за человек был перед ними.
    ВАРвара Криг привлекала людей не тем, что была полна энергии или своей внешностью. Она привлекала людей тем, что была знаменита. Она была одним из самых известных современных военных фотографов. Ее имя было на слуху у всякого, кто был хоть как-то заинтересован в этой теме, ее лицо печатали в журналах, а интервью у нее мечтали взять очень многие. А в это время, она была здесь, попивала кофеек (или что бы то ни было у нее в стакане), активно жестикулировала и с удовольствием общалась с каким-то абсолютно левым парнем. Но даже несмотря на общее внимание проходящих  мимо, по какой-то невероятной причине никто не мог подойти и даже окликнуть барышню в этот момент. Какая-то почти утерянная часть каждого человека, что был рядом, говорила, что это будет самой большой и бессмысленной ошибкой в их жизни. И потому, парочка могла спокойно беседовать.
    - На самом  деле. Я не ожидала, что так легко со всем этим свыкнусь. Правда. После моего последнего увлечения, это кажется почти бессмысленной тратой времени... Но с другой стороны, чем еще мы можем заниматься. Я в особенности. Я никогда не разделяла мнения нашей сладкой парочки на этот счет... А твои потуги...
    Здесь Мортимер, который уже покончил со своей сигаретой и просто потягивал кофе, сидя на холодном бетоне и прислонившись спиной к изгороди, сделал многозначительный жест глазами в сторону своей сестры, в котором читался и призыв не лезть не в свое дело, и беззвучное "опять об этом" и... любовь... самая простая и спокойная, какая только может быть.
    - Как они кстати? Как их хоть зовут? В последнее время я не получал от них никаких известий, а вы пересекаетесь хотя бы по роду своей деятельности.
    - Хм. - на этом месте в девушке все же произошли несколько изменений. То ли из-за взгляда брата, то ли из -за сути вопроса и необходимых мыслительных усилий девушка замерла. Потом она сделала большой глоток из своего стаканчика и крутанувшись вокруг своей оси так же прислонилась к железной изгороди... правда стоя и смотря в небо, а не вдаль, в отличии от брата. - В последний раз, когда мы пересекались они называли себя ГЕРман и Глинт. А где... Я уже даже не припомню. Туда, куда их занесла миссия красного креста? Всего в голове не удержишь с нашей жизнью.
    И хоть слова девушки были наполнены безразличием... Морт знал, что она говорила все это с крайней заботой о своих близких. В конце концов... у них всех на свете не было никого больше. Но даже так... мужчина должен был сказать одну реплику, которую от него вряд ли ожидали.
    - Серьезно? Глинт? - уровень сарказма и издевки в этих двух предложениях почти заставил мужчину звучать живым.

    +1

    4

    - Успокоился? – высокая стройная женщина, одетая в темно-синий брючный костюм стояла у панорамного окна небоскреба. Взгляд ее был устремлен вниз, она, скрестив руки на груди, свысока наблюдала за происходящим на улицах. Так было все, как всегда, люди шныряли кто куда, машины стояли в пробках, жизнь шла своим чередом.
    А вот за спиной женщины бушевал ураган.
    - Я всегда спокоен! – голос сорвался на агрессивный крик на последнем слоге. В тот же момент из рук говорящего вылетела антикварная ваза и с грохотом влетела в стену, разлетевшись на тысячи осколков.
    - Ну-ну!
    - А что мне остается делать, Сехмет? – мужчина с головой шакала замер посреди помещения, которое еще некогда являлось офисным кабинетом. – Ты прекрасно знаешь, что именно вытворили эти жалкие скандинавы! Мы несем убытки!
    Древний Бог, наконец, выдохнул и смахнул несуществующую пылинку с рукава чёрного пиджака. Анубис был высоким статным мужчиной, со стороны недостатков в нем не наблюдалось. Да и на самом деле все было именно так. Единственное, что приближало его к простым смертным, это агрессия. Слишком легко было вывести этого Бога из себя.
    - Почему я, АНУБИС, - стены испуганно дрогнули от мощи его голоса, - должен волноваться о притоке душ?
    - Может, потому что ты бог Смерти? – богиня с головой львицы открыто насмехалась.
    Анубис недовольно поморщился, но спорить не стал. Вместо этого, он подошел к чудом уцелевшему бару, налил в два бокала с плоским дном виски, подошел к собеседнице и протянул ей бокал. Та с легким кивком головы его приняла.
    - Меня бесит, что мерзкая Хель нарушает границы, - он сделал большой глоток из стакана. – Она возомнила о себе Ра знает что, из-за этой популяризации скандинавского пантеона. Нельзя так просто пренебрегать правилами, установленными века назад! Даже библейские малолетки себе такого не позволяют.
    Сехмет усмехнулась.
    - А что у тебя? Все так же нет проблем? – пасть мужчины коротко оскалилась.
    - Именно. Войны не прекращаются ни на минуту. И, кстати говоря, проблем с другими Богами у меня так же не наблюдается, - львица, наконец, выпила. – Кто бы мог подумать, что Боги Войны будут так мирно уживаться, да?
    - Все потому, что вам все равно, куда деваются души после того, как смертные умирают. Больше трупов – счет в вашу пользу. И за одну смерть очки получают все, а у нас каждая единица на счету. Так что хватит ухмыляться. Лучше предложи что-нибудь дельное!
    - Переговоры, Анубис. Переговоры.
    - Мерзость, - злобный рык сотряс помещение. А недопитый бокал последовал за вазой.
    Мужчина отошел от окна и направился к выходу. Сехмет не двинулась.
    - Ты идешь? – не оборачиваясь, позвал Анубис.
    Женщина вздохнула, покачала головой из стороны в сторону, и, оставив бокал на барной стойке, последовала за коллегой, .

    Пара прохаживалась по парку недалеко от офисного здания, которое они недавно покинули. В руках у обоих было по бумажному стаканчику с кофе. Люди вокруг не видели в них ничего странного. Их настоящий вид был сокрыт для простых смертных, они видели лишь черноволосого мужчину с прямым, несколько длинноватым носом и  холодными глазами, и женщину со светлыми кудрями.
    Сехмет в человеческом обличии обладала незаурядной внешностью, которая привлекала к себе внимание. Но долго смотреть на нее люди опасались. Была в ее облике неприкрытая воинственность, которая отталкивала, а некоторых людей даже пугала. Анубис же наоборот, своей внешней холодностью людей привлекал. К нему то и дело подходили люди, вручали флаеры, разные листовки. Естественно, Бога это дико раздражало.
    - Не понимаю, почему это происходит, - возмутился мужчина, в который раз отмахнувшись от очередного промоутера. – Неужели смертных так привлекает Смерть?
    - Лучше объясни мне, почему людей так напрягает Война, - даже собаки обходили Сехмет стороной. – Все-таки Война лучший способ найти Смерть.
    - Так. Давай-ка не начинай, - его пустой стаканчик полетел мимо урны. – Не хочу я снова пускаться в полемику. Нам нужно встретить переговорщика.
    - Ты назначил ему встречу?
    - Делать мне больше нечего! – снова злился Анубис. – Пусть он сам нас найдет. В конце концов, если переговоров не будет, будем разговаривать с Хель по-плохому.
    На лице мужчины слова возник злобный оскал.

    Отредактировано Anna Yasuda (2020-02-09 23:40:53)

    +1

    5

    Еще один приступ озорного, чистого, почти детского смеха заполнил улицы в ответ на вопрос мужчины. Варвара смеялась, как и жила - с размахом и воодушевленностью, как будто был только один миг, как будто до конца всего оставалась лишь одна секунда. Хотя, кто знает, может быть так и было.
    - Да, просто Глинт. Никаких намеков, полу недосказанностей или чего-то в этом роде. В этом плане, наверное, он лучше кого-либо из нас свыкся с нашим общим обещанием. Возможно, что в этом как раз и весь трюк. - а затем все поменялось. Выражение лица женщины стало задумчивым и серьезным. Глаза налились какой-то всеобъемлющей тоской, а голос... из задорного он стал меланхоличным, заполненным как будто бесчисленным течением лет. Складывалось ощущение, что рыжеволосая красавица за секунду постарела на несколько тысяч или даже миллионов лет... если эту старость вообще можно описать цифрами. - Не знаю, кому из Вас двоих будет больнее, когда все это закончится.
    Время почти остановилось в этот момент. Свет стал более светлым, а темнота более темной. На секунду... на секунду, даже пространство и время замерли в страхе. Мир стал монохромным, готовым распасться на атомы от одного движения... не девушки, но мужчины потягивающего кофе. Тот ничего не делал, но даже так, реальность как будто хотела сбежать от него, отсрочить самое страшное, что могло произойти.
    А затем Мортимер просто поднес стаканчик с кофе к губам и сделал небольшой глоток, и иллюзия спала, как будто ее и не было. И никто не знал, что могло произойти. Ни одна живая душа. Такова была сила одних этих слов, произнесенных ею в его присутствии. Такова была их сила.
    - Варвара, давай не будем опять. Ты ведь знаешь... - черноволосый пытался перевести тему, но наперекор ему, девушка не была намеренна останавливаться.
    - Морт, сколько еще ты будешь себя мучить? Сколько еще ты намерен просто биться об стенку? Ты знаешь, что это бессмысленно. Я знаю, что это - бессмысленно. И даже они, знают, что это бессмысленно. Но это не значит, что они будут спокойно смотреть на происходящее со стороны. Ты знаешь, что они не будут! - в интонации молодой звезды присутствовал легкий укор, но более всего там была забота. Фотограф беспокоилась о своем непутевом брате, о том, что он заставлял себя делать каждый день, о том, на что обрекал себя этим. - Кем был мужчина в этот раз? За какие добрые дела ты хотел наградить его "знанием"? На что рассчитывал?
    Складывалось полное ощущение, что этот разговор шел не раз и не два. Это было почти традицией. Более всего это походило... Да. Да. Это было разговором алкоголика со своим куратором, но разговором, в котором куратор прекрасно понимал, что ничем не может помочь наставнику - только выслушать. В то же время, наставник понимал, что никаким образом не отвяжется от чужого внимания, пока не "выговорится". Хотя сейчас... Сейчас Морт даже не был против. Ему и вправду хотелось отвести душу перед кем -либо, кроме своего товарища, который со дня на день, скорее всего, просто бы пошел своей дорогой... Нет, этого, конечно не произойдет, но это было бы настолько логично, что черноволосый почти хотел этого.
    - Молодой адвокат. Его сестра погибла в авиакатастрофе, еще когда он был маленьким. Родителям не выплатили компенсацию. Он хочет посветить себя решению проблем маленьких семей, у которых нет денег на компетентных правозащитников. Надеется, что добьется справедливости. Пока, что у него не плохо выходит. Во всяком случае, в том, чем он занимается, сделок с совестью он пока не заключал. Я думал... Я думал, что может быть в этот раз получится. Юрист с чистой совестью. Почему бы и нет? -  все это говорилось на одном дыхании, но в то же время, таким монотонным тоном, как будто мужчина читал по бумажке. Запланированный сценарий, запланированной речи... Или... все это происходило слишком часто, что бы сосчитать и даже пытаться вложить какую-либо самую маленькую эмоцию.
    Варвара смотрела на родственника сверху вниз. Ее взгляд был наполнен заботой, но так же вниманием и легким укором. Только с того ракурса под которой сейчас стояла она можно было увидеть отчетливый круглый красный с черным след вокруг шеи мужчины, как если бы кто-то крепко затянул петлю вокруг шеи и оставил ее на пару дней. У живого человека не могло быть таких следов на шее.
    - И что ты пытался ему рассказать?
    Сначала был взгляд, затем выдох, а затем... дикий вопль заполнивший собой все окружающее пространство.
    - ГОРЕТЬ СВЕТОМ! ПЕПЕЛИТЬ ДО САМОГО РАССВЕТА!!!
    снова эта фраза, снова эта интонация, эта же подача, как будто отрепетированная до идеального повторения в самых маленьких деталях... Потому, что это была не она. Потому, что Морт не произносил этих слов. Их произносил за него мир.
    Этого почти невозможно было заметить, но если приглядеться внимательнее, то можно было заметить мельчайшие расхождения в движениях губ мужчины и сказанном. Эти расхождения были слишком затертыми и замыленными и исчезали из твоей головы по какой-то странной прихоти тут, же как ты их подмечал. Но все же они были... Реальность буквально "запикивала" "бродягу", как бы глупо это не звучало.
    Это, однако не распространялось на Варвару, которая не реагировала на крик. Она слышала сказанное. Она слышала все до последнего звука. Но не могла никак отреагировать. Она знала природу этих слов, их значение и смысл для всех, обитающих в этой реальности. И потому понимала, что ее брат никогда никому не сможет поведать их кому либо, кто не станет частью их семьи тем или иным образом, а с нынешним распорядком это было практически невозможно. Она могла лишь посочувствовать.
    Девушка легко склонилась над своим старшим братом и поцеловала его в макушку. Это было всем, на что она была способна. Это было всей помощью, какой она могла снабдить своего непутевого братца.
    - Тебе правда стоит остановиться.
    - А тебе стоит собираться. Иначе он устроит нам головомойку. - в этот момент Морт кивнул в сторону другого молодого человека.
    Коренной американец в потертых синих джинсах, легкой рубашке в клетчатую окраску  с крашенными черными с рыжим волосами стоял возле старенького ржавого мустанга. Он, скрестив руки на груди смотрел прямо на парочку, держа сумку на плечах и постукивая пальцами по циферблату своих наручных часов, явно показывая девушке, что ей давно пора. Та в ответ лишь вздохнула и отвесив книксен брату и шепнув ему еще пару ласковых в прямом смысле слов, помчалась к автомобилю.
    - Иногда я забываю, кто на кого работает, вот честно. Передавай привет Обби!
    С этими словами девушка запрыгнула в автомобиль к своему шаферу-грузчику и исчезла в неизвестном направлении, только для того, что бы оказаться через несколько часов на каком-нибудь еще поле брани, где ее конечно никто не ждал, но где она будет, независимо от чужих желаний.
    Молодой человек же, поднявшись с бетонной брусчатки обыскивал свои карманы в поисках мелочи... хоть какой-то.
    - Хэх. Очевидно, что сегодня - пешком. Обби убьет меня за то, что я опоздал на обед.

    +1

    6

    Холодный серый город, окружающий все и всех вокруг. На многих он навевал скуку и грусть, другие же испытывали обычную человеческую меланхолию, некоторые же просто лишались возможности испытывать эмоции в этом постоянном затхлом воздухе. Но все это касалось лишь обычных людей.
    Морт же двигался в этой почти обволакивающей серости, как будто он был рожден для нее. С другой стороны, возможно так оно и было. Он не чувствовал отторжения или негатива. Мир принимал его таким, каким он был, и мужчина отвечал ему взаимностью.  Странный симбиоз, которого не должно было быть, и, тем не менее, он был.
    Среди заполненных улиц, бродяга двигался, как рыба в море, ни сталкиваясь, ни натыкаясь на прохожих или сталкиваясь с преградами. Даже несмотря на свой естественный магнетизм, в плане притяжения неприятностей, сегодняшний день не был для черноволосого самым плохим. Это конечно не говорит о многом, но все же, нужно довольствоваться малым... Или перестать быть оптимистом.
    Мужчина был не единственным, кто идеально беспрепятственно двигался сквозь поток прохожих. Их почти невозможно было почувствовать и тем не менее... еще двое или трое молодых людей проявляли ту же "ловкость", несвойственную смертным. И по странному стечению обстоятельств он двигались в том же направлении, что и Морт. Конечно же, это могло быть и совпадением... Но такое совпадение было крайне маловероятным.

    - Что же... хээээх. Видимо сегодня не судьба. - сказанные вслух скорее для себя слова вместе с коротким выдохом звучали настолько же обреченно, насколько и естественно. Подобная ситуация повторялась уже явно не в первый, не во второй, а может быть и не десятый раз. Было бы это хорошо или плохо - кто мог сказать?

    Они "столкнулись" несколькими минутами позднее. Черноволосы мужчина прислонился к кирпичной стене в небольшом переулке между двух зданий, явно ожидая, когда трое молодых людей с короткими светлыми волосами достигли своей цели. Они были непохожи друг на друга, но в то же время были почти одинаковыми. Глаза сияющие, как утренний огонь, золотистые короткие волосы, плечистые, опрятно одетые. При этом, каждый был наполнен небывалом чувством существенной значимости, ощутимым даже со стороны. Вполне ожидаемо от воинства светлых сфер.
    - Вы так долго следовали за мной Юноши. Я надеюсь, что это стоило того. Я вынужден был прервать свой променад, а это дорогого стоит, если вы меня понимаете.
    Говоря все это, мужчина не был похож на себя несколько минут назад. Не было былой меланхолии, не было былой усталости. То, что он показывал было тяжело назвать внутренней силой, но все же характера в Мортимере было куда больше, чем должно было быть. Возможно это было связано с его нынешними виза ви. Во всяком случае, это было единственной деталью, что действительно кардинально поменялась.
    - Зверь! Покайся в своих грехах! Высший совет призывает тебя к ответу! За попытку разглашения секретов высшего уровня представителям третьего царства ты понесешь наказание и будешь выдворен с задворок этого измерения! - тот блондинчик, что явно был старше других вышел вперед и с громким пафосом, как с листа зачитал напыщенную речь, подобную тем, что были вписаны в древние мифы и легенды, баллады о святых реликвия и древних героях. Все это было так напыщенно и величественно, что было очевидно, как двух других распирает от гордости.  С другой стороны, мужчина с волосом цвета вороньего крыла был не впечатлен... скорее даже наоборот. Его ответ был холоден и сдержан настолько, насколько вообще возможно.
    - Он ничего не услышал. - простая констатация факта, но заполненная нескрываемым презрением и негативом. Мужчина с черными волосами излучал такой уровень негатива, что тот был почти физически ощутим. А может быть дело было не только в негативе?
    - Не имеет значения! По закону светлой сферы, даже попытка разглашения тайны такого уровня является преступлением самого монументального порядка! Третье царство не должно... - и еще до того, как старший закончил свою тираду, все трое резко рванули на Мортимера.
    Один целился мужчине в ноги, пытаясь сбить его в подкате, другой метил с разбега в лицо, третий намеревался, сделав отскок от стены, заехать ногой сбоку. План был хорош. Атака с трех направлений, использующая эффект неожиданности. Кто-то мог бы назвать такой подход трусливым, но по факту... в бою никогда нет чести. Все это - сказки на сон грядущий. В бою есть лишь победитель и проигравший, а все остальное - бессмысленные декорации.
    Проблема заключалась лишь в том, что перед мужчиной с голубыми глазами, вся эта "тактика" была бессмысленна. Таким образом можно было одолеть противника только когда он был медленнее или одной с тобой скорости... В данном случае ситуация была другого порядка.
    Это было похоже больше на вихрь, чем на набор ударов.  Все трое блондинов столкнулись с кипящей черной массой, которая отбросила их в разные стороны, впечатав в стены и асфальт. Даже, несмотря на то, что они мгновенно поднялись на  ноги, это не оправдывало того факта, что они даже в самый удачный свой заход не смогли даже прикоснуться к Морту. Это не остановило "светлейших", но... показало им, что одного бешенного апломба было мало.
    Поднявшись на ноги, трио вновь рвануло в бой. Резкий выпад вперед. Удар с разворота. Левый хук. На одного мужчину обрушивался поток ударов с трех сторон, но та легкость, с которой он избегал столкновений... Ни один человек не мог так двигаться. Даже для нечеловека это было слишком... Поэтому, до  какой-то степени даже было логично, что через несколько секунд ситуация перешла на совсем другой уровень. Об этом переходе возвестил столп сияющих голубых искр, ударивший в небо, вместе с жутким скрежетом, а затем гробовая тишина.
    Мир вновь замер, как замерли и четыре фигуры. Черноволосый стоял слегка согнувшись. Одна его рука покоилась на земле, в то время, как вторая была слегка отведена в сторону; с нее на землю падали капли алой крови. Троица же стояла в полной боевой готовности, держа наперевес пылающие небесным светом палаши. Каждый из них был произведением искусства запечатанным в пламя абсолютной частоты. Казалось, что никакая грязь или скверна не могут даже коснуться этих лезвий... Сейчас уровень силы тройки был несомненно выше, чем секунду назад, как если бы часть их силы была неразрывно связанна с этими клинками. Теперь... теперь схватка должна была пойти по совсем другому пути... Должна была....

    шынь

    Звук был настолько тихим, тонким и едва различимым, что, казалось, как будто его самого разрезали напополам. В этом звуке не было ничего естественного или обычного, но тем не менее, все четверо мигом признали его и нашли источник. Его источником была маленькая щуплая старушка в черном балахоне. С одного ее плеча свисал небольшой бочонок, а на другом покоилась... почти двухметровая коса в брезентовом чехле. Легкое движение именно этой косы и выдало этот странный звук.
    Пожилая женщина улыбалась почти беззубой улыбкой, осматривая каждого из четверых юнош, пока наконец ее хриплый голос не наполнил окружающее пространство.
    здравствуйте, касатики. не обращайте внимания на бабушку. бабушка пришла по делам. у бабушки мнооооооого дел. не стесняйтесь.
    И этих слов было достаточно, что бы мир замер.

    +1

    7

    Образовавшаяся, во всех смыслах этого слова, гробовая тишина была настолько плотной, что, казалось, ее можно нарезать маленькими кусочками и добавлять в особенно буйные светские встречи, что бы как-то их облагородить... и, было ощущение, что инструмент пригодный для этого уже в наличии. Даже из под брезентового чехла снаряжение тщедушной бабульки заставляло сердца всех присутствующих биться несколько сдержаннее. Никому не хотелось попасть под это острие даже случайно. Сама же бабушка была не только весела и приветлива, но и крайне разговорчива - от нее так и веяло добросердечием.
    - А чего это все так приуныли? Еще секунду назад то так отплясывали - так отплясывали, прямо любо-дорого было посмотреть, а сейчас смотрют да так настороооооооожено. Чай бабушку испугались? Да бабушка же - профессионал. - с этими словами пожилая женщина достала из-за пазухи небольшой сверток, скрепленный сургучом. От печати веяло одновременно и холодом и жаром. Было очевидно, что то, что она сдерживала обладало небывалой важностью и значимостью. Этот свиток был сокровищем, а печать - сундуком. И никто не сомневался в том, что, появись такая необходимость, милейшая старушка стала бы самым мощным драконом, какого можно было бы себе представить.
    [b] - Бабушка Аида здесь по делу. И Вас, касатики, в моей разнарядке нетушки. Мои клиенты все же попроще и поплоше,
    позамызганнее. Хотя... Учитывая, что этот молодой да красивый держит в руках... Кто знает, что произойдет. В былые времена из-за этого инструмента приходилось и сверхуоршно работать, дамс - .
    [/b]сухой голос женщины звучал как бессмысленный ропот себе под нос, но содержание ее послание проникало в голову всех окружающих и заставляло их обратить внимание на то, что было действительно важно, а именно... на то, что Мортимер держал во второй руке... включая самого Морта, который сейчас был как будто даже больше напуган, чем все остальные.

    Сейчас по факту молодой человек с черными, как смоль, волосами был стреножен. Он опирался одной рукой на асфальт, но вторая его была отведена в сторону. В отведенной руке он держал белую, как снег кость. Кость была выгнута странным образом и заточена с одной из сторон. Именно за заточенную часть сейчас и держался молодой человек. Именно по этой причине капли алой крови сейчас падали на землю. Кость была согнута почти буквой "г" не считая отдельных деталей, и вторая сторона лежала параллельно кисти парня. Более, чем вероятно, что когда на него почти обрушился один из палашей "светлых", он неосознанно выхватил свое оружие, но в таком случае, почему его собственные глаза были так полны ужаса. Почему он боялся своей левой руки больше, чем троица, что в другом углу буквально тряслась от ужаса.

    Это не было преувеличением. Весь боевой дух, как ой был у тройки улетучился тут же, как только они поняли, на что они смотрели. Исчезли клинки, исчезло свечение в глазах, исчез апломб, исчез пафос. Теперь на месте всего этого был только страх.  Они видели, что могла сделать эта вещь. Они чувствовали страх мира. Окружающая реальность отторгала эту вещь, стараясь раздвинуться, стараясь создать пустоту и ничто между этой вещью и самой собой и еще немного, и у нее бы получилось, но до этого... До этого все исчезло. Исчезла троица, исчезла кость. Остался только паренек с кровоточащей рукой  и маленькая пожилая женщина в черном балахоне, с косой в брезенте и маленькой бочкой за спиной, которую она поставила на землю, а затем на которую села сама, упершись взглядом в парня. Сам парень упал на филей и только обреченно вздохнул. Его взгляд устало сцепился с полом, а затем поднялся к тусклым янтарным глазам пожилой женщины.
    - Спасибо большое, Аида Летовна. Не ожидал пересечься здесь с Вами. В маленьком мире живем.
    - Здравствуй, Мортимер, миленький мой. Ну и какая неблагодарная судьбинушка опять тебя сюда завела? С чего опять?
    Короткий взгляд на руку, затем на небо, затем снова на пожилую женщину.
    - Судьба.... Судьба ха. Возможно. Это было бы даже поэтично.
    Тщедушная старушка еще какое-то  время осматривала нашего молодого протагониста, а затем достала свиток и направилась к небольшой куче мусора. Мортимер вопросительно двинул бровью, на что получил вполне логичный ответ.
    - Что такое? Бабушка же сказала, что она по делам сюда пришла. Бабушка пришла по делам, бабушка собирается дело делать.
    Легким движением руки с проворством несвойственным для такого возраста, женщина разогнала коробки, и освободила из под них   старика. Пожилой мужчина лежал скрючившись под давлением холода, голода и возраста... и чего-то большего. Было более, чем очевидно, что судьба не была добра к этому человеку, но, возможно, что наконец пришло его время освободиться.
    Видимо, чувствуя это, старик, собрав последние остатки своих сил и воли капля по капле приходил в себя. Его взгляд уперся в Морта... и зрачки мужчины тут же расширились.
    - ТЫ! ТЫ! Я помню тебя!!!  Я помню тебя и трех других! Тогда на холме в 44!!! Я все помню!!!

    И мир вновь заполнила гнетущая тишина.

    +1

    8

    - ТЫ! ТЫ! Я помню тебя!!!  Я помню тебя и трех других! Тогда на холме в 44!!! Я все помню!!! - обессиленный бродяга вкладывал последние капли своей жизни в крик, обращенный к молодому черноволосому мужчине, сидящему на земле. Эта сцена выглядела бы очень глупо, если бы не тот факт, что совсем никто не смеялся и вообще не произносил ни слова. Морт просто спокойно смотрел на мужчину, в то время, как пожилая женщина... Она стояла раскрыв рот, как если бы то, что сказала ее цель - самая фантастическая вещь в мире.

    - Ты, что? Подожди, но это... Нет, не может быть. В последний раз вы все собирались ведь, когда... Но даже тогда в тысяча триста... Нет. Смертный не может видеть вас! Эта истина должна быть очевидно, только когда... - Аида заикалась, прерывала речь, как пьянчужка, но она не была пьяна, она была просто в феерической панике. Почти хтонический ужас, который охватил, повидавшую виды барышню, был тем более существенен, если вспомнить, как сильно боялись ее саму.

    - Что происходит, когда даже смерть боится смерти?

    Морт остановил ропот своей благодетельницы одним жестом руки, после чего поднялся на ноги и, подойдя поближе к мужчине, встал на одно колено и обратился к, будем совсем откровенны и забудем про вежливость, бомжу, как к старому другу, потерянному во времени.
    - Как тебя зовут солдат?
    В почти погасших глазах загорелась сила, которую вряд ли можно было ожидать от человека, умирающего от холода и голода. Эта была сила, идущая из самой глубины души. Это было гордостью.
    - Лейтенант Лоуренс Статклиф, сэр! 35 минометный полк, Сэр! Прошел с моими ребятами с самого старта до самого Берлина. В мире еще нужно поискать таких бравых товарищей, как мой полк, сэр! - даже речь бродяги преобразилась, налившись силой и четкостью. Это больше не было криками сумасшедшего безумца, но настоящим голосом былого вояки.
    - Не сомневаюсь офицер. Нисколько не сомневаюсь. Иначе бы мы и не разговаривали. - тихая улыбка черноволосого мужчины была наполнена добротой и заботой. Это было невероятно трогательно, но в то же время очень странно. Морт не вел себя так даже с сестрой, а сейчас...
    - Сэр... Я знаю кто Вы! Я знаю, кем были те трое! Я никогда не забывал того момента, там, когда шальной осколок попал в мои снаряды. Я... Это было всего на секунду, но я помню все, как вчера! Я помню ту огненноволосую женщину! Я помню того мужчину из черного стекла и девушку с пальцами похожими на иголки и щупальца одновременно! И я помню Вас, одетого в....После этого момента я повидал всякого, но это... Никто мне не верит! Никто не верил! Я пытался рассказать! Я пытался раскаяться! Я пытался быть хорошим человеком, но ничего не помогало! Они приходят ко мне в кошмарах! Я вижу их и наяву!
    Неужели тот факт, что мы творили все те вещи, что бы защитить наших близких - ничего не значит! Скажите, Сер! Куда я попаду!
    Зачем все это! Неужели мы не заслужили хоть немного ясности!

    На ярких глазах человека, находящегося на самом краю бездны наворачивались слезы. Слезы надежды, слезы страха, слезы раскаяния. Эти слезы доказывали, что он все еще был человеком, несмотря ни на что, несмотря на самые чудовищные вещи, происходившие с ним.  Возможно, что именно эти слезы предопределили его судьбу... к худшему или к лучшему.
    - ГОРЕТЬ СВЕТОМ! ПЕПЕЛИТЬ ДО САМОГО РАССВЕТА! - опять все тот же крик, который затыкал нашего протагониста, крик, который не позволял окружающим услышать его настоящий голос, настоящую речь. После стольких провалов сегодня и в течении всей жизни, было очевидно, что попытки продолжать бессмысленны. Это было очевидно всем. Никто не мог услышать истину Мортимера, кроме еще может быть семи живых существ в этом мире.
    Аида Летовна ака "старая с косой", не была в числе тех, кто мог. Она давно была знакома с парнем, а потому была достаточно проста в выборе выражений.
    - Морт, это - уже глупость. Нет смысла мучить его и себя. Я понимаю, что ты хочешь помочь, но это - неправильно!
    К тому же, куда важнее факт, того... Вы действительно собирались еще раз... на этот раз все в четвером? Но тогда получается...

    А затем мир взорвался смехом... долгим, протяжным, истерическим, надрывным смехом. В этом смехе была буря эмоций, которые нельзя было передать словами. Старый ветеран гоготал, разрывая несуществующее горло. Его смех вызывал недоумение у женщины, но Мортимер, лишь внимательно смотрел... в его взгляде читались тысячелетия усталости и боли, и заботы. То, что происходило сейчас ни значило в конечном счете ничего. Но при этом, создавало очень большой объем проблем, на которые он подписывался.
    - Так вот как да... Вот в чем все крылось на самом деле... Как глупо и... - старый военный слушал... старый военный услышал. Но то, что он услышал... - Все это... Все это нечестно! Это неправильно! ЭТО НЕПРАВИЛЬНО!
    Но я как будто уже знал все это. Ведь это так просто... Мне всего лишь нужно было оказаться на краю гибели, что бы... Нет. Нет,
    не на краю да?

    бродяга из подворотни окинул взглядом себя, окинул окружающее пространство и, найдя то, что искал, лишь выдохнул, понимая, откуда у него сейчас были все эти силы, эта внутренняя мощь...
    - Как давно?
    - Твое сердце остановилось сразу после того, как ты признал меня. Ты кричал уже на посмертном выдохе.
    - Я... понимаю...
    А затем мир начал трещать по швам, разламываясь белыми трещинами по всей своей поверхности в пределах ближайших четырех квадратных метров. Паника отразилась на лицах вояки и старой женщины, в то время, как черноволосый просто спокойно поднялся и уперся взглядом в ближайшую стену.
    - Забирай его и веди в ближайший пантеон, Психопомпа. Когда он присоединится к потоку, они не смогут его вытащить, а пока мы не выступим, они не будут нарушать порядок. Не важно к кому, но они не должны Вас догнать. Я задержу их настолько долго,
    насколько это возможно. Но не думаю, что это будет существенным промежутком. Так что бегите.

    - Что здесь происходит?! Как этот человек смог услышать истину, которая недоступна даже богам и предтечам?! Что здесь происходит Вс...
    - БЕГИ!!!

    Отредактировано Сэлем Веритас (2020-02-18 08:10:05)

    +1

    9

    Прошло порядка трех четвертей часа, а Сехмет и Анубис все еще тихо прогуливались по улочкам города. Мужчина явно наслаждался прогулкой, агрессивные морщинки на его лице разгладились, а на губах даже появилось какое-то подобие улыбки. Богине же, наоборот, с каждой минутой хотелось оказаться как можно дальше от этих слишком наполненных людьми мест.
    - Анубис, - через зубы прошипела она, - сколько можно слоняться среди смертных? Призови уже переговорщика или я ухожу.
    - Тише, Кошечка! – ответом было рычание. - Посмотри лучше, какие они жалкие! Мечутся из стороны в сторону, дела какие-то делают.
    - Мне плевать на смертных! – Сехмет не повышала голоса, но люди поблизости отшатнулись от нее, будто почуяв опасность. - Где он?
    - Идет, - лицо его мгновенно стало суровым. – Нам туда.
    Анубис указал рукой в узкий переулок, в который, вопреки манерам он шагнул первым, оставив спутницу позади.
    Кирпичные стены, по обе стороны от идущих, мелко дрожали. Сехмет следовала за Анубисом, время от времени озираясь. Сначала она была не уверена в дрожи стен, но мелкие камушки, которые осыпались из кладки, тихо постукивали по старому асфальту. Богиня не могла уловить атмосферу, царившую вокруг. Воздух был словно наэлектризован, но при этом он казался густым, словно замершим в ожидании чего-то.
    - Эй, - взволнованно окликнула спутника женщина, - что здесь происходит?
    - Тише, Сехмет, - растягивая слоги, ответил Анубис через несколько секунд, будто бы отвлекшись от важного дела. И пока он говорил, воздух вокруг оживал. -  Осталось совсем недолго.
    Анубис читал заклинания. На древнем египетском языке. Он зародился когда-то очень давно, в то же время, когда сам Анубис возник в этом мире. Сехмет тоже знала этот язык, но мужчина шептал слишком тихо, и она лишь смогла уловить, что он использует призыв. Он звал переговорщика, и женщина чувствовала, что он уже очень близко.
    Анубис остановился. Естественно, Сехмет тоже. Она определенно была не из тех, кто по неосторожности врезается в спину впередиидущему.
    - Не говори ни слова, когда увидишь его. Ты не почувствуешь его силы, его вид не покажется тебе чем-то значимым. Впрочем, - рот говорящего презрительно скривился, - ты даже не ошибешься, когда подумаешь, что он жалок. Но он имеет власть над нами всеми. Над всеми Богами. На этом пока достаточно. Нет времени на подробности. Идем.
    Мужчина поспешил вперед, поспешно поворачивая за угол. Там переулок расширился, и Боги смогли пойти рядом. Шаг их был поспешен и не замедлился ни на шаг, когда между ними возник тупик. Секунда, и пара Богов перестала быть видима для смертных.
    Они оказались в месте, мало отличающемся от того, которое только что покинули. Те же кирпичные стены, тот же измученный временем асфальт. Разница была лишь в том, что все вокруг было зеркально отражено. Даже пуговицы на жакете Богини были теперь на другой стороне. Пара последовала дальше, хотя, если быть точнее, они направились в зеркально-обратный путь.
    - Знаешь, мне всегда было интересно, - подала голос Сехмет, - почему переговорщиков создают только Боги Смерти?
    - Не время, моя дорогая, - в голосе Анубиса послышался гнев. – Потом я обязательно все расскажу тебе.
    - Ты знаешь, как Война может быть нетерпелива?
    – в глазах женщины заплясали гневные огоньки.
    - Надеюсь, об этом уже ты мне поведаешь? – кривая усмешка, легкий флирт.
    - Не сомневайся, - блондинка ответила аналогичной улыбкой.
    - А теперь, закрой свой прекрасный воинственный рот. Он здесь.
    Перед Богами стоял мужчина. Совершенно не привлекающий к себе внимания. Синие джинсы, потертые кроссовки. На нем была красная толстовка и черный рюкзак на спине. В руке он держал крупный гамбургер и с удовольствием жевал его. Откусив очередной кусок и вытерев рукой рот, он, даже не дожевав, произнес:
    - Ну и? Чем могу быть обязан, Анубишка, мой хороший?

    +1

    Быстрый ответ

    Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



    Вы здесь » Akuma Project » Альтернативные события » Их стало пять